Апокалипсис [СИ] - Анжелика Васильева

Найдя костёр взглядом, я направилась к его теплу.

Теойен и пара незнакомых плотников с энтузиазмом разламывали скорлупки и жевали содержимое. Но когда я подошла к ним, все трое выпрямились и замерли.

— Можно мне два-три каштана, пожалуйста? — негромко попросила я.

— О, конечно, — спохватился ближайший ко мне мужчина и переложил всю горстку, которую держал, в мои раскрытые ладони.

Этого было много, но по виду плотника я поняла, что обратно он не возьмёт ни один. Да и вообще, мужчина решил убраться подальше. Интересно, из-за чего? Я снова испортила одним своим присутствием всё веселье своих подданых?

Посмотрев на Карин и не найдя раздражения на её лице, я разделила каштаны с ней. После чего села поближе к костру. Как же на улице холодно! А ведь только начало осени.

— Какие-нибудь успехи? — мягко спросил Сэр Теойен.

Краем глаза я заметила, что это Карин его подначила. Сам бы мужчина, наверное, тоже предпочёл бы уйти, как ушли плотники. Лучше бы я осталась с книгами…

— Мы собираемся построить скорлупу и погрузить её в колодец, — уверенно провозгласила я. — Прикажите плотникам измерить окружность и сколотить из дерева полый сосуд, чтобы в него поместился человек.

— Что ты задумала? — забеспокоилась Карин.

Теойен нахмурился.

— Это приказ, — сказала я и встала. — Если местные не способны это сделать — вызовите Кертодольских.

Говорить мне ни с кем больше не хотелось. Я решила вернуться к своему новому рабочему месту и перечитать дневники. Может быть, я что-то упустила? Должно же быть что-то! У нас осталось не так много времени до следующей волны. Из поместья наверняка придётся убраться, чтобы переждать нашествие в более укреплённом месте, чем ветхий особняк.

Из подвала слышались какие-то странные звуки. Я вытащила из ножен кинжал и сжала его посильнее — что, если что-то выбирается из колодца? Но, войдя в освещённую факелами комнату, я увидела вполне обыденную картину: два молодых охотника возраста Ракдара держали над колодцем кошку. Точнее, половинку кошки. Вторую они, похоже, уже макнули в золотую воду, и та исчезла. О, Создатель, почему ты сотворил людей такими жестокими?

— Что вы делаете?! — взвизгнула я и подскочила к мужчинам, чтобы отнять кошку, избавить её от страданий, но, услышав меня, охотник уронил животное.

Кошка попыталась выкарабкаться, грести лапами, но они быстро испачкались в золотой воде и исчезли. Мы втроём наблюдали, как с дикими испуганными криками животное погружается в воду. Но даже несмотря на ужас происходящего, голос Сэра Дардиона в моей голове подметил: она не погибла, хотя от неё осталась половина; она не погибла, когда по шею скрылась в жидкости; и до последнего кричала в полную силу, пока рот не скрылся под водой. Звук оборвался очень резко, но глаза продолжали метаться. Какова вероятность, что ей не было больно? Невозможно сказать.

— Я скормлю ваши кишки дедрам! — завизжала я, сама не узнавая свой голос. — Как вы посмели так издеваться над живым существом?! Может быть, сами захотели туда нырнуть?

Не контролируя себя, я толкнула одного из мужчин к колодцу, затем и второго. Они лишь ошарашенно смотрели на меня. Да им и не нужно было ничего делать — я была слишком слаба, чтобы сдвинуть с места хоть кого-то из них.

— Что здесь происходит?! — требовательно произнесла Карин, смотря, как я мечусь между двумя охотниками и тщетно пытаюсь столкнуть их в колодец.

Воительница обняла меня и погладила спину, пытаясь успокоить. У двери уже собрались все мои гвардейцы, что поехали со мной, люди Ракдара и сам юноша. Все выглядели крайне удивлёнными.

— В кандалы! — распорядилась Карин. — Обоих!

Слёзы текли по моим щекам и ужасно разболелась голова. Я не могла успокоиться, у меня не получалось.

— Что случилось? — прошептала девушка мне на ухо. — Я здесь, Фел, всё теперь в порядке. Они посмели прикоснуться к тебе? Или что-то неподобающее сказать?

— Нет, — всхлипнула я.

— А что тогда? — Голос Карин звучал очень мягко, ласково. Я скучала по этому её тону. Она редко так со мной разговаривала. Чаще молчала, утешая меня.

— Они…

— Что?

— Макнули в портал кошку.

— Портал? — переспросила девушка. — С чего ты взяла, что это портал?

— Если это не портал, то животному было очень больно…

Я снова всхлипнула. Мне хотелось верить в то, что кошке не было больно, что она не растворилась в агонии, не сгорела или что может происходить там, под поверхностью?

— Думаешь, по ту сторону будет волшебный сад, откуда писал Сэр Родрик?

Кивнув, я утёрла слёзы. Теойен, Лессайр и Майрен всё ещё стояли здесь. Ракдар и остальные пошли выполнять распоряжение Карин. Здесь вообще есть кандалы, в этом поместье? Это ведь не крепость и не казематы.

— Тебе нужно отдохнуть, — проговорила Карин.

Теперь она звучала так, будто говорит с умалишённой. Может быть, я уже и стала ей. Тогда мне следует податься в монастырь, найти там покой, а не гоняться за магическими порталами и лекарствами от мора.

Я послушно позволила Карин снова вывести меня наверх и завести в домик. Внутри было натоплено и пахло свежими дровами, которые сушились у печи. Я опустилась на солому, на которой спала в последние дни, и закрыла глаза. С закрытыми глазами и в тепле голова постепенно переставала болеть.

***

Плотники исполнили мой приказ меньше, чем за неделю, и я стала собирать припасы в дорогу. Карин ходила за мной и пыталась уговорить остановиться, хорошенько подумать, не рисковать собой. Не глупить.

Но я и не собиралась глупить! Как и не могла позволить кому-либо рисковать собой из-за моих, вероятно в корне неверных, умозаключений. Воительнице удалось лишь уговорить меня совершить переход вместе с ней. Сначала я думала, что Карин захочет в последний момент остановить меня, отговорить, уничтожить скорлупу или утопить её, удержав меня силой на «этой стороне». Но я вспомнила, как девушка пошла со мной ночью в лес, когда я собиралась убежать одна, да ещё и отца уговорила выдать разрешение. Договорилась с ним и уберегла меня от родительского гнева. Я понимала, что Карин нужна мне. Неизвестно, где этот новый мир. Но она готова стать для меня опорой, помогать мне во всём, поддерживать. Как и большую часть моей жизни до этого.

Ракдар принёс мне новёхонькие часы со стеклом в боку, сквозь которое было видно, как шевелятся шестерёнки. Это был один из самых интригующих экспериментов с колодцем, которые мне приходилось проводить.